Библио-новости

Книги, о которых говорят. Тэффи «Кусочек жизни». Летописец русской эмиграции

Ровно восемь месяцев назад в России должно было бы состояться знаменательное событие – 150 лет со дня рождения русской писательницы Надежды Тэффи, легенды нашей отечественной литературы. Юбилей прошел почти незамеченным – несколько рядовых заметок в прессе и упоминаний в сети… К счастью, имя Тэффи не забыто, книги ее по-прежнему издаются и востребованы читателями.

Книги, о которых говорят. Тэффи «Кусочек жизни». Летописец русской эмиграции

«Отчизна – это как здоровье: только тот
может оценить ее, кто ее потерял навеки».
(Адам Мицкевич)

Ровно восемь месяцев назад в России должно было бы состояться знаменательное событие – 150 лет со дня рождения русской писательницы Надежды Тэффи, легенды нашей отечественной литературы. Юбилей прошел почти незамеченным – несколько рядовых заметок в прессе и упоминаний в сети… К счастью, имя Тэффи не забыто, книги ее по-прежнему издаются и востребованы читателями.

Надежда Александровна Лохвицкая – Тэффи, королева русского юмора, о которой государь Николай II, при обсуждении, чьи произведения русской литературы должны быть в альбоме к 300-летию Дома Романовых, воскликнул: «Тэффи! Только ее. Никого, кроме нее, не надо. Одну Тэффи!». Ее «смеющиеся слова», живой и острый ум сделали писательницу настоящим кумиром предреволюционной России – двухтомник «Юмористические рассказы» до революции переиздавали десять раз, ее именем назвали шоколадные конфеты и духи, раскупаемые «на ура» не только читающей публикой – имя Тэффи было на слуху у всех.

Свой самый любимый афоризм писательница сделала эпиграфом к первому тому «Юмористических рассказов» – это была мысль из «Этики» Боруха Спинозы: «Ибо смех есть радость, а посему сам по себе – благо». Но юмор в чистом виде не был присущ творчеству Тэффи – в ее коротеньких рассказах, насквозь пропитанным сочувствием к «маленькому человеку», отражались и печаль, и лиризм, и добродушное приглашение посмеяться над собственными недостатками и несуразностями жизни.

«Дать человеку возможность посмеяться не менее важно, чем подать нищему милостыню. Или кусочек хлеба. Посмеешься – и голод не так мучает. Кто спит – тот обедает, а, по-моему, кто смеется, тот наедается досыта», – объясняла Тэффи уже там, на берегу Сены, куда была заброшена судьбой наравне с прочими представителями русской эмиграции. Она очень образно обозначила их общий неведомый путь, освещаемый лишь одним желанием «взять свое маленькое человеческое счастье и уйти с ним подальше. Туда, где не отнимут. Зажечь свою лампу, развернуть свою книгу и улыбнуться ласковым близким глазам». Да, отнять, конечно, не отнимут – не особенно-то и интересовался Париж обособленным существованием русских профессоров, адвокатов, журналистов, художников, писателей и актеров…

Только что вышедшая в одном из московских издательств книга Тэффи «Кусочек жизни» как раз о них, «соединенных взаимным отталкиванием» русских эмигрантах, потерявшихся, пытающихся вслепую нащупать новый порог ведущей неведомо куда лестницы. Тэффи, привыкшей к огромной аудитории, приходилось теперь писать всего для нескольких сот читателей, которым ее творчество было необходимо, как воздух: рассказы, очерки, фельетоны Тэффи публикуются с завидной регулярностью, дают надежду и придают некий смысл жизни оторванным от родной культуры беженцам.

Комизм в ее произведениях, несомненно, присутствует, но это уже не тот ее прежний магический светлый юмор:

«Душа-то моя насквозь промокла от невыплаканных слез, они все в ней остаются. Снаружи у меня смех, «великая сушь», как было написано на старых барометрах, а внутри сплошное болото, не душа, а сплошное болото».

А основная трагедия состоит в том, что почти все еще всерьез надеются вернуться: в рекламе русских ресторанов и кафе повсеместно печатают объявления «Последняя встреча Нового года за границей!», но из года в год таких текстов все меньше и меньше – последние облачка надежды тают и рассеиваются навсегда… В рассказе «Башня» Тэффи пишет о том, как часто притягивало их к себе ночное небо, безбрежный свод, в котором русские почему-то пытались найти созвездие Большой Медведицы, может быть для того, чтобы отыскать старых знакомых, утратив хоть на краткий миг ощущение одиночества и ненужности окружающему миру.

В сборнике представлен и, наверное, самый известный в эмигрантской среде рассказ Тэффи «Ке фер?» (искаж. франц. «Что делать?») – ее первое произведение, напечатанное за границей. Русский генерал-беженец стоит посреди парижской площади, смотрит на разряженную говорливую толпу, богатые дома и в растерянности вопрошает неведомо кого: «Все это, конечно, хорошо, господа! Очень даже все хорошо. А вот… ке фер? Фер-то ке?». Что делать, действительно, неизвестно – кто-то из эмигрантов продает Россию, кто-то готовится ее спасать, и все это похоже на игру, на сценическое действие, на котором не грех и заработать. И что в итоге?…

Тридцать два года в эмиграции. У Тэффи выходят десятки книг, которые читают в Париже, Берлине, Варшаве, Шанхае, Харбине; в СССР ее сочинения в разовом порядке напечатало в 1927 году ленинградское кооперативное издательство «Заводы и фабрики», после её произведения не переиздавались вплоть до 1966 года, да и то – в сборниках и антологиях дореволюционной сатиры.

Через долгую жизнь писательницы прошло немало интересных и значительных людей, с которыми она поддерживала доверительные и теплые отношения – здесь дело исключительно в ее характере и чувстве такта. Ее любили все, даже вечный скептик Иван Бунин писал о близкой ему коллеге: «Делание приятного другим было едва ли не самой основной чертой ее характера… Ее доброта отличалась деловитостью и была лишена малейшего оттенка сентиментальности. Проявлялась же она всегда, когда в ней встречалась надобность». В «Кусочке жизни» поместились замечательные воспоминания Тэффи о кратких встречах с великим старцем Григорием Распутиным, о покинувшем эмигрантское сообщество Алексее Толстом, о «нежном поэте» Михаиле Кузмине, вдохновенном Константине Бальмонте и многих других «наделенных талантом» людях, оставивших след в ее судьбе. «О творчестве каждого из них писали и будут писать еще и еще, но просто живыми людьми не многие их покажут», – и эту задачу Тэффи с блеском решила, убеждая себя и других: «Время мы переживаем тяжелое и страшное. Но жизнь, сама жизнь по-прежнему столько же смеется, сколько плачет. Ей-то что!».

Из книг Надежды Тэффи:

  • Нежность — самый кроткий, робкий, божественный лик любви. Сестра нежности — жалость, и они всегда вместе.
  • И если черная над нами встала тень – мы смехом заглушим свои стенанья.
  • Человек никогда не забывает того места, где зарыл когда-то кусочек души. Он часто возвращается, кружит около, пробует, как зверь лапой, поскрести немножко сверху.
  • Как говорится, победителей не судят. Кто-то ответил на эту пословицу: «Не судят, но часто вешают без суда».
  • Я знаю, что значит, когда люди, смеясь, говорят о большом горе. Это значит, что они плачут.
  • Человек только воображает, что беспредельно властвует над вещами.
  • Из радио. Нас обслуживают два радио – советское «Соврадио» и украинское «Украдио». И наше собственное первое европейское – «Переврадио».
  • Еще Тютчев сказал, что «умом Россию не понять», а так как другого органа для понимания в человеческом организме не находится, то и остается махнуть рукой.
  • Как ни странно, порою ошибки человеческие приносят человеку больше пользы, чем поступки и продуманные, и разумные.
  • Жизнь, как беллетристика, страшно безвкусна. Красивый, яркий роман она может вдруг скомкать, смять, оборвать на самом смешном и нелепом положении, а маленькому дурацкому водевилю припишет конец из «Гамлета».

Книга Тэффи «Кусочек жизни»

Другие сочинения Надежды Тэффи

Библио-новости
Дмитрий Мамин-Сибиряк: «Общество умных людей — самая лучшая школа»
170 лет со дня рождения писателя (1852-1912)
Библио-новости
«Я гений пламенных речей. Я господин свободных мыслей. Я царь бессмысленных красот»
Ко дню рождения русского писателя Даниила Хармса (1905–1942)
Библио-новости
«Почему мы не живем в одной стране?». «Старина» Флобер и «москвич» Тургенев
Ко дню рождения французского писателя Гюстава Флобера (1821–1880)
Библио-новости
«Я просто беру людей, события, картины, как их помню, и подаю их в полной неприкосновенности, без всяких соусов и гарниров»
Ко дню рождения русского писателя и журналиста Владимира Гиляровского (1855–1935)
Библио-новости
Битва сказочников в «Библио-Глобусе»
В книжном магазине «Библио-Глобус» в рамках клуба «Семейное чтение и детская книга» проходила литературная елка в форме «Битвы сказочников»