Библио-новости

«И пусть моя судьба темна и безотрадна, поэзия меня ведет, как Ариадна, сквозь лабиринт скорбей в сияющий свой храм»

160 лет со дня рождения русского поэта Семёна Надсона (1862–1887)

«И пусть моя судьба темна и безотрадна, поэзия меня ведет, как Ариадна, сквозь лабиринт скорбей в сияющий свой храм»

«Надсон гораздо больший поэт,
чем все современные поэты, из всей молодежи,
начавшей писать на моих глазах…»
(А. П. Чехов)

«Красота — это страшная сила», – с восторгом глядя на себя в зеркало, произнесла величественная Фаина Раневская – незабываемая Маргарита Львовна из фильма «Весна». Фраза – строка из стихотворения «Дурнушка» поэта Семёна Надсона, правда, употребленная героиней совсем в ином контексте:

Бедный ребёнок, – она некрасива!
То-то и в школе и дома она
Так несмела, так всегда молчалива,
Так не по-детски тиха и грустна!
Зло над тобою судьба подшутила:
Острою мыслью и чуткой душой
Щедро дурнушку она наделила, –
Не наделила одним – красотой…
Ах, красота – это страшная сила!..

Соперник Пушкина, певец любви Семён Надсон. Конечно же, не сегодня – имя Надсона потускнело и забылось, редко кто вспомнит на память его стихи. Но сто лет назад, на стыке веков Надсон был настоящим кумиром интеллектуальной читающей молодежи. Всего девять лет пришлось на литературную деятельность поэта – много это или мало? Огромный срок, если учесть, что прожил Семён Надсон всего двадцать четыре года.

Его первый и единственный вышедший при жизни сборник стихотворений, выдержал множество изданий, до Октябрьской революции книгу переиздавали 29 раз суммарным тиражом в 210 тысяч экземпляров. Сборник расхватывали сразу же, как только он поступал в книжные лавки, по Российской империи книгу рассылали в посылках; счастливые обладатели передавали заветный томик из рук в руки, гимназистки переписывали стихи в альбомы. «В небольшом сборнике его стихотворений, затронувших много жгучих мыслей, волнующих современников, — писал впоследствии поэт Александр Введенский, — отразились рельефно многие чаяния времени». Позднее Игорь Северянин в своей «Поэзе вне абонемента» с долей сарказма опасался неожиданной славы соперника:

Я сам себе боюсь признаться,
Что я живу в такой стране,
Где четверть века центрит Надсон,
А я и Мирра — в стороне.

Книга удостоилась престижнейшей Пушкинской премии, учрежденной Академией наук (в разное время ее получали Афанасий Фет, Яков Полонский, Аполлон Майков, Иван Бунин и другие мэтры литературы). Критики обращали внимание на то, что у Надсона форма стиха не всегда совершенна, но этот недостаток искупается задушевной и страстной искренностью.

Удивительно то, что после смерти поэта интерес к его творчеству продолжал возрастать в геометрической прогрессии. Над могилой безвременно почившего Надсона даже годы спустя совершали или пытались совершить самоубийство десятки впечатлительных девушек и юношей. Под влиянием стихов Надсона обозначился творческий путь Дмитрия Мережковского и Валерия Брюсова, Иван Бунин свое самое первое стихотворение написал о Семёне Надсоне:

Могучей силой песнопенья
Он оживлял мечты свои;
В нем сердце билось вдохновеньем
И страстью искренней любви!
Корысть и ненависть глубоко
Он благородно презирал…
И, может быть, удел высокий
Его в сей жизни ожидал!..

В одном из дореволюционных переизданий сборника стихов Семёна Надсона в предисловии поэту дали такую характеристику: «По отзыву всех, знавших покойного поэта, он отличался необычайной душевной чистотой и благородством. Таким же страстно-задушевным, каким он являлся в поэзии, был он и в жизни. На всех, кто только встречался с ним, он производил весьма симпатичное впечатление, и эта симпатичность имела источником именно его задушевность, почти женскую мягкость, гармонировавшую с чисто-мужскими чертами, – сильным, решительным характером и твёрдой волей».

«Как мало прожито, как много пережито…». Читайте Надсона, почувствуйте искренность и благородство немодного поэта – может быть, именно таких стихов нам так не хватает сегодня?

Строфы из стихов Семёна Надсона:

В тот тихий час, когда неслышными шагами
Немая ночь взойдет на трон свой голубой
И ризу звездную расстелет над горами, – Незримо я беседую с тобой.
Душой растроганной речам твоим внимая,
Я у тебя учусь и верить и любить,
И чудный гимн любви — один из гимнов рая
В слова стараюсь перелить.
Но жалок робкий звук земного вдохновенья:
Бессилен голос мой, и песнь моя тиха,
И горько плачу я — и диссонанс мученья
Врывается в гармонию стиха.

***

Давно в груди моей молчит негодованье.
Как в юности, не рвусь безумно я на бой.
В заветный идеал поблекло упованье,
И, отдаленных гроз заслышав громыханье,
Я рад, когда они проходят стороной.
Их много грудь о грудь я встретил, не бледнея.
Я прежде не искал,— я гордо ждал побед.
Но ближе мой закат — и сердце холоднее,
И встречному теперь я бросить рад скорее
Не дерзкий зов на бой, а ласковый привет.
Я неба на земле искать устал… Сомненья
Затмили тучею мечты минувших дней.
Мне мира хочется, мне хочется забвенья.
Мой меч иззубрился, и голос примиренья
Уж говорит со мной в безмолвии ночей.

***

Завеса сброшена: ни новых увлечений,
Ни тайн заманчивых, ни счастья впереди;
Покой оправданных и сбывшихся сомнений,
Мгла безнадежности в измученной груди…
Как мало прожито – как много пережито!
Надежды светлые, и юность, и любовь…
И всё оплакано… осмеяно… забыто,
Погребено – и не воскреснет вновь!

***

Серебристо-бледна и кристально ясна
Молчаливая ночь над широкой рекой.
И трепещет волна, и сверкает волна,
И несется, и вьется туман над волной.
Чутко дремлют сады, наклонясь с берегов,
Ярко светит луна с беспредельных небес,
Воздух полн ароматом весенних цветов,
Мгла полна волшебством непонятных чудес.

***

Не упрекай меня за горечь этих песен:
Не я виной тому, что мир ваш – мир цепей,
Мир горя и борьбы – и душен мне и тесен,
Что я иного жду от жизни и людей…
Нет лжи в стихе моем, – не призрачные муки
Пою я, как фигляр, ломаясь пред толпой,
Мне стоят многих слез мои больные звуки,
И стон мой – стон живой…

***

Не говорите мне: "он умер", – он живет,
Пусть жертвенник разбит, – огонь еще пылает.
Пусть роза сорвана, – она еще цветет,
Путь арфа сломана, – аккорд еще рыдает!

Сочинения Семёна Надсона

Библио-новости
«Любить человека — значит, видеть его таким, каким его замыслил Бог»
Ко дню рождения русского писателя Фёдора Михайловича Достоевского (1821-1881)
Библио-новости
«Я – человек книжный и театральный»
Ко дню рождения актёра, режиссёра, писателя и поэта Леонида Филатова (1946–2003) и 35-летию выхода из печати сказки в стихах «Про Федота-стрельца, удалого молодца»
Библио-новости
Книги-юбиляры 2023 года
60 лет роману Анатолия Иванова «Тени исчезают в полдень»
Библио-новости
«Кто мудр, испытывать не станет ни женщин, друг мой, ни стекла»
460 лет со дня рождения испанского драматурга Лопе де Вега (1562-1635)
Библио-новости
«В минуты музыки печальной не говорите ни о чем»
Ко дню рождения русского поэта Николая Рубцова (1936-1971)